Вы здесь

О Тростенце

Лагерь смерти «Тростенец»

Более семидесяти лет не уходит в прошлое тростенецкая трагедия, хотя ушли в землю так и не погребенными по-человечески пепел и кости нескольких сотен тысяч ни в чем не повинных людей...

Тростенец — крупнейший лагерь смерти на территории Беларуси и оккупированных районов СССР, созданный СД в окрестностях Минска и четвёртый по количеству уничтоженных узников среди фашистских концлагерей Европы.  Большинство жертв этого лагеря смерти – узники Минского и других гетто Беларуси, а также  мирные граждане из многих стран Западной, Центральной и Восточной Европы. В Тростенце уничтожались также военнопленные из СССР, подпольщики и партизаны, жители Минска, арестованные в качестве заложников.

 Лагерь смерти «Тростенец» был создан осенью 1941 года на территории колхоза им. Карла Маркса и действовал по 1 июля 1944 года.

В сохранившихся документах называются разные цифры жертв Тростенца. В 1963 г. авторы обелиска с Вечным огнем назвали цифру: 206500 человек. В Акте и других документах Государственной Чрезвычайной Комиссии и Минской областной комиссии содействия в работе ГЧК (подписаны генерал-майором Героем Советского Союза В.И.Козловым, председателем, а также членами И.М.Стельмашонком, М.Т.Лыньковым, К.К.Крапивой, Г.Н.Машковым и другими при участии членов ГЧК СССР В.Н.Макарова и академика Н.Н.Бурденко) от 14 июля - 13 августа 1944 г. засвидетельствовано: "Комиссия, учитывая показания свидетелей, количество и размеры могил, количество трупов и объем пепла и костей в могилах, считает, что по самым минимальным подсчетам в районе лагеря Тростенец фашистскими людоедами уничтожено 546 тысяч человек, из них в 34 могилах захоронены останки (пепел и кости) 476 тысяч человек, в печи сожжено 68 тысяч человек и в сараях и на бревнах сожжено 2 тысячи человек". В документах ГЧК СССР, кроме граждан СССР, в число погибших в Тростенце включены лица, депортированные из стран Восточной и Центральной Европы.

История возникновения нацистского лагеря

  Название «Тростенец» объединяет несколько мест массового уничтожения людей:

  собственно лагерь — рядом с деревней Малый Тростенец в десяти километрах от Минска по Могилевскому шоссе;
  урочище Шашковка — место массового сожжения людей;
  урочище Благовщина — место массовых расстрелов.

Собственно лагерь в окрестностях деревни Малый Тростенец был создан Минской полицией безопасности и СД как трудовой лагерь на 200 гектарах угодий довоенного колхоза им. Карла Маркса для обслуживания подсобного хозяйства.

Вначале в нем было человек 30, но с каждым днем узников становилось все больше. Первоначально в нем работали евреи, которые владели необходимыми для создания подсобного хозяйства профессиями, а так же местные жители окрестных деревень, которых принудительно заставляли работать. Размещали их в колхозном сарае. В мае 1942 это уже был крупный лагерь с большим количеством построек различного назначения. Здесь был сооружён двухэтажный дом для службы безопасности, склад для хранения зерна, работал асфальтовый завод, лесопилка, мельница и самые различные мастерские – швейная, сапожная, столярная, слесарная. В лагере имелось большое хозяйство, узники выращивали сельскохозяйственные культуры, разводили коров, свиней, овец, кур и уток. Ведение  такого огромного хозяйства необходимо было оккупантам для того, чтобы есть, пить, одеваться и обуваться. Гитлеровцы рядом с лагерем уничтожали сотни людей, а затем приходили любоваться прекрасными цветами (взращенными руками их завтрашних жертв) в хорошо оборудованные оранжереи. В лагере было всё, присущее такого рода «учреждениям» времён фашистской оккупации: изматывающие построения, выборочные расстрелы и повешения, пытки, отдельные углубленные в землю бараки смертников, вмещающие 600 человек. Был и специальный детский барак, где брали донорскую кровь для немецких солдат. Плач и крики детей часто слышали  жители д. Малый Тростенец.

Лагерь имел ограждение из колючей проволоки под электрическим током, вышки для круглосуточной охраны, вооруженной пулеметами и автоматами, предупредительные надписи на немецком и русском языках: «Вход в лагерь воспрещается, без предупреждения будут стрелять!».

Как вспоминали немногие оставшиеся в живых заключенные, условия жизни и работы в лагере были тяжелыми. Военнопленные и гражданские узники сначала размещались в сарае на мокрой соломе или в погребах. Позже были построены бараки из сырых досок. Кормили отходами с кухни подсобного хозяйства. Произвол охранников, расстрелы заключенных стали буднями лагеря. Нещадная эксплуатация и полуголодное существование обессиливали узников, тогда их заменяли другими, которые непрерывно прибывали… 

 Рассчитывая хозяйничать на нашей земле вечно, они обсадили молодыми тополями выстроенную узниками дорогу смерти – специальную ветку от шоссе Минск-Могилев к Тростенецкому лагерю.

Сегодня мы называем эту дорогу «дорогой смерти», по приказу Эдуарда Штрауха, командира полиции безопасности и  СД  г.Минска, тополя высаживали узники лагеря, по ней на расстрелы и сожжение проследовали сотни тысяч  людей, те, кому суждено было остаться в Тростенце навеки.

Вагоны-«теплушки»

11 ноября 1941 года в Минск с первым эшелоном прибывает примерно 1000 гамбургских евреев. Их размещают в Минском гетто. Так начинается история депортации евреев в Беларусь из стран Западной Европы. Многие из них остались в Тростенце навеки.

 Сейчас на территории мемориального комплекса есть вагоны тех времен, в которых Тростенец привозили на уничтожение ни в чем не повинных людей из Германии, Австрии, Чехии, Польши, Франции, Голландии, Венгрии. В общей сложности, в Тростенец было доставлено более 20 тысяч депортированных мирных граждан. До границ бывшего СССР люди ехали в пассажирских вагонах, но на перевалочных станциях их перегружали в вагоны для скота и так везли в Минск или его пригород, т.е. в Тростенец.

      

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Для приема узников была оборудована специальная площадка на станции. На площадке у прибывших забирали вещи и выдавали багажные «квитки» с целью предотвратить у людей тревогу за свою судьбу. И эти квитанции действительно убеждали людей, что их просто переселяют на новое место, чтобы там они «строили новую жизнь».

Недалеко от площадки находилось место сбора и «сортировки» ничего не подозревающих людей. Отобранная рабочая сила отправлялась по «аллее смерти» в лагерь. Сюда же везли на склады багаж депортированных. Все остальные незамедлительно отправлялись в урочище Благовщина на расстрел.

 Сегодня, вагоны, выполняют функцию мини-музеев. Внутри расположена экспозиция, состоящая из фотодокументов. В вагонах находятся фотографии тех, кто навсегда остался в Тростенце. Это те, чьи имена нам известны, и те, чьи имена мы не узнаем никогда.

 

 Евгений Владимирович Клумов – одна из многотысячных жертв лагеря смерти «Тростенец».

Е.В. Клумов родился в Москве в семье адвоката. В 1902г. окончил медицинский факультет Московского университета. В 1905г. был призван на военную службу, принимал участие в русско-японской войне в качестве военного врача в 13-м военно-санитарном полутранспорте Приамурского военного округа. Был хирургом госпиталя Красного Креста в Маньчжурии. 24 апреля 1906г. демобилизовался. У Евгения Владимировича была возможность остаться работать в престижной клинике Москвы, но он вместе с женой переехал в д. Сутково Речицкого уезда, где 8 лет работал земским врачом. Клумов проводил сложнейшие операции, порой в неприспособленных для этого медицинских условиях. У больницы выстраивались длинные очереди больных, чтобы попасть к нему на прием. 20 мая 1914г. Е.В. Клумов был переведен в Лоевскую земскую больницу. В годы Первой мировой и гражданской войн работал хирургом одного из госпиталей Красного Креста, а затем в полевом госпитале Красной Армии. С 1921г. жизненный путь Евгения Владимировича был связан с Минском. Здесь Е.В. Клумов стал кандидатом медицинских наук (1935г.) и доцентом, а в 1938г. – профессором. Тысячам минчан он вернул здоровье. Во время немецко-фашистской оккупации Беларуси Е.В. Клумов работал в 1-й больнице (ныне 3-й клинической).

С первых дней войны он включился в подпольную борьбу с захватчиками: оказывал медицинскую помощь раненым красноармейцам, партизанам и подпольщикам, выдавал справки жителям г. Минска о нетрудоспособности, что давало возможность избежать вывоза на принудительные работы в Германию, снабжал партизан медикаментами. Евгения Владимировича знали в подполье под псевдонимом Самарин. В донесении руководителя разведгруппы И. X. Маркова в Логойский подпольный райком КП(б)Б о подпольной деятельности Е. В. Клумова содержатся следующие сведения: «Самарин. Пламенный борец с фашистскими захватчиками. Очень много медикаментов передал в распоряжение народных мстителей. Обслуживал четыре отряда. Полностью оборудовал два полевых госпиталя. Через тов. Самарина можно было достать самые дефицитные и самые важные медикаменты. И бесплатно».

 

 

Осенью 1943г. гитлеровцы арестовали Е.В. Клумова. Гестаповцы пытались склонить крупного специалиста и уважаемого в городе человека на свою сторону. Клумов отверг предложения о сотрудничестве. 11 февраля 1944г. профессор Клумов и его жена Галина Николаевна, которая помогала ему в подпольной деятельности, погибли в машине-«душегубке».

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 8 мая 1965г. за мужество и героизм, проявленные в борьбе с немецко-фашистским захватчиками в годы Великой Отечественной войны профессору Евгению Владимировичу Клумову посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.

В Минске его именем названы улица, переулок и 3-я клиническая больница, на здании больницы установлена мемориальная доска.

 

«Дорога памяти»

 «Дорога памяти», аллея, вдоль которой на гранитных плитах увековечена память о погибших во время Великой Отечественной войны в лагерях смерти на территории Беларуси. Гранитные пласты действительно напоминают приподнятые пласты земли –белорусской земли, где каждый ее квадратный метр был полит кровью жертв нацизма. Дорога вымощена серой плиткой с вкраплениями черной. Архитекторы вложили в это характерный смысл: черная плитка символизирует следы заключенных.

В лагерях смерти на территории Беларуси нацисты уничтожили более 1 400 000.  В нашей стране  в годы Великой Отечественной войны было 260  мест массового уничтожения мирных граждан и военнопленных. В Минске и вблизи города было организовано 9 лагерей, в которых фашисты замучили, убили, сожгли более 400 000 человек. Среди них –Тростенец, в котором урочище Благовщина стало основным местом уничтожения людей.

Урочище Благовщина

За деревней Большой Тростенец находится урочище Благовщина. Именно сюда уже осенью 1941 года фашисты привозили людей на грузовиках черного цвета с   герметично закрытым кузовом, под названием «зондермашина» или «газваген», в которые, в зависимости от модели,  загоняли   от 50 до 100 человек. Выхлопные газы поступали внутрь кабины, таким образом, заключенные погибали еще за время поездки в Благовщину. Некоторых несчастных расстреливали над специально вырытыми огромными рвами-могилами, засыпали сверху землей и утрамбовывали гусеничным трактором.

Свидетели показали, что жертвами расстрелов в Благовщине были мирные граждане, а также граждане некоторых европейских стран, которых привозили в Минск на  специальном транспорте.

В 2002 году в урочище Благовщина на месте самых масштабных расстрелов был установлен небольшой мемориальный знак.

Осенью 1943 года, когда стал очевиден исход войны, гитлеровцы начали работы по уничтожению следов своих преступлений. Особая команда СД, используя труд заключенных минской тюрьмы, раскопала и сожгла в ноябре - декабре 1943 года около ста тысяч трупов расстрелянных в урочище Благовщина. Жители близлежащих деревень должны были доставить к назначенному месту несколько тысяч кубических метров дров. Причём во время этой работы продолжалась доставка партиями и уничтожение людей из Минска.

В июле 1944 года Минская областная комиссия содействия в работе Чрезвычайной государственной комиссии провела расследование преступлений немецко-фашистских захватчиков в Благовщине, где были обнаружены 34 ямы-могилы, замаскированные хвойными ветками. Некоторые ямы достигали в длину 50 метров. При частичном вскрытии нескольких могил на глубине 3 метров были найдены обугленные человеческие кости и слой пепла толщиной от 0,5 до 1 метра. Под слоем пепла находилась темно-бурая трупная жидкость. В некоторых ямах на дне были обнаружены вместе с костями обугленные бревна и рельсы. Вокруг ям находилось множество гребенок, зубных протезов, кошельков, котелков и других вещей личного пользования... Было установлено, что в Благовщине было уничтожено около 150 000 человек.

Воспоминания Свиридович Веры Ивановны, жительницы д. Большой Тростенец

«…Людей к лагерю смерти подвозили в товарных вагонах целыми составами по железной дроге, которая идет мимо асфальтного завода, в то время завода не было, но на этом месте людей из вагонов выгружали и сажали в машины закрытые, так называемые «душегубки». И увозили по шоссе в лес под названием «Благовский», где уже были вырыты огромные ямы, в которые и выбрасывали людей из «душегубок». Прежде чем вести убивать, у них отнимали все вещи и ценности. Иногда «душегубки» не успевали вслед увозить людей, то они стояли на улице огромной толпой и ждали своей очереди. В этой толпе были не только старики и старухи, были совсем юные девушки, молодые женщины с детьми разного возраста. Мне очень запомнилась девочка лет 4-5, у неё было красное платье в белую горошину и пышные красные банты в косичках. Она что-то говорила и улыбалась своей маме. Не знала, бедняжка, что ей мало осталось жить. А день был солнечный, жаркий, летний  день. Да, люди стояли и ждали в очередь за смертью. Но я думаю, что они не знали, что их увозят убивать, ибо проходя по дороге мимо их, некоторые задавали вопрос: «Далеко ли дача «Благов»? Нас туда переселяют». Они думали, что их переселяют на новое место жительства. Такое во сне соснить и то страшно! А видеть – невозможно…»

Сегодня на деревьях за мемориальным знаком иностранцы развешивают списки и ленточки с именами погибших: именно здесь фашисты проводили самые массовые тростенецкие расстрелы.

Осенью  1943 года, после победы на Курской дуге, начинается освобождение территории Беларуси. И этой же осенью 1943 года  гитлеровцы приступают к уничтожению следов своих преступлений.

  27 октября 1943 года  зондеркоманда «1005-Центр» начинает уничтожать следы преступлений в урочище Благовщина.

 В Благовщину была доставлена землечерпательная машина со специально сконструированным ковшом для извлечения тел из ям-могил. Останки сжигали в гигантских кострах, для которых на протяжении двух месяцев изо дня в день фашисты заставляли рубить лес и подвозить бревна. В мастерских лагеря смерти Тростенец были изготовлены специальные металлические крюки для вытягивания тел из ям и носилки для их переноски. Кроме того, в пользовании имелись совковые лопаты, бензопилы для заготовки дров, горючие материалы для поджигания костра, молотилки для перемалывания несгоревших костей и проволочное сито для отсева ценных предметов из пепла.

 

Врата памяти

 «Врата памяти» открывают вход на территорию четвертого по величине лагеря смерти в Европе. Скульптура символизирует весь тот ужас, который пришлось пережить здесь.

«Врата памяти» - самая большая в стране бронзовая скульптура: высота ее равна 10 метров, вес составляет 35 тонн.  Это скульптура с фигурами изможденных узников лагеря смерти. 27 тел узников переплетаются со створками ворот и колючей проволокой, что символизирует невозможность вырваться из плена. Это врата, которые в настоящее время ничего не закрывают, они стоят одни без забора из колючей проволоки. Это врата, которые не имеют практического смысла. Такое образное решение композиции наводит на мысль, насколько бессмысленны убийства и угнетения одних людей другими. Мучения, слезы и боль застыли в  бронзе на века. Именно такие ощущения переживали те, кто попадал сюда, на эту фабрику смерти. Ведь в лагерь можно было войти, но выйти живым – никогда.

 

 

По инициативе Министерства культуры Республики Беларусь и Мингорисполкома 18 марта 2016 года в Мемориальном комплексе «Тростенец» прошла международная акция: митинг-реквием «Врата памяти» по окончании которой  представители религиозных конфессий, представители различных государственных структур и дипломаты высадили 3 вяза – это деревья, высота и широко-раскинутые ветви которых, олицетворяют источник силы и опоры,  как  дань памяти о жертвах Тростенецкой трагедии.

Шашковка

Осенью 1943 года в полукилометре от деревни Малый Тростенец гитлеровцы построили печь для сжигания трупов расстрелянных людей. Она представляла собой вырытую в земле яму площадью 8 кв.м. и глубиной 4 м. с отлогим подходом к ней, огороженную колючей проволокой и плотным дощатым забором высотой три метра. На дне ямы были уложены параллельно шесть рельсов длиной десять метров, поверх рельсов — железная решетка.

Печь работала ежедневно. Местные жители видели машины, идущие в сторону печи. Это были специально оборудованные для умерщвления людей газом крытые грузовики, так называемые «душегубки» и грузовики с живыми смертниками, которых на месте расстреливали, а затем забрасывали зажигательными бомбами и поливали горючими смесями. По словам местных жителей, расправа происходила очень быстро. Газета «Советская Белоруссия» от 12 декабря 1945 года, публикуя материалы Чрезвычайной комиссии о лагере Тростенец, отмечала факты сожжения в печи живых людей. Пепла от кремационной печи-ямы было так много, что даже через несколько лет после войны воспитанники Тростенецкого детского дома видели следующее: «Когда идёшь по этому пути, нужно миновать огороды, «угноенные» пеплом сожжённых узников лагеря из Минска, Варшавы, Гамбурга, который вывозили из ямы…  Она была довольно глубокой. С одной стороны в неё упиралась железнодорожная колея, посреди перекрытая решётной из рельс. Внизу, под ними, светилось белым перекалённым песочком дно ямы. А вокруг пепел… теперь мало кто знает об этих ужасных местах».

Чрезвычайная государственная комиссия после тщательного анализа результатов расследования привела следующую цифру: в печи урочища Шашковка было уничтожено более 50 тысяч человек.

Бетонированная дорожка приводит на опушку леса, где за ограждением установлена стела из красного гранита. Это место расстрела и сожжения в кремационной печи невинных людей. Надпись на памятнике гласит: «На этом месте фашистскими палачами сжигались мирные советские граждане».

Поле погребения сожженных узников

Чтобы уничтожить такое количество людей, яму было необходимо постоянно очищать от пепла. А пепла в кремационной яме-печи было действительно много. Поле, (территория вдоль ул.Селицкого в ровном газоне, ограниченная от ул.Селицкого рядовой посадкой деревьев), и являлось тем местом, где в основном рассеивали пепел сожженных людей, - так называемое «поле погребения».

Инфраструктура лагеря

Жизнь заключенных в этом лагере была недолгой. Здесь работали и использовались только те люди, которые имели сертификаты, подтверждающие их рабочую квалификацию. Условия жизни и работы в лагере были тяжелыми. Военнопленные и гражданские узники сначала размещались в сарае на сырой соломе или в погребах. Позже были построены бараки из сырых досок. Кормили отходами из кухни подсобного хозяйства. Произвол охранников и выборочные расстрелы и повешенья стали буднями лагеря.

Инфраструктура лагеря занимала пространство между деревней Малый Тростенец и современной улицей Селицкого. Два километра почти на километр. Когда в марте 1942 года партизанам удалось освободить некоторых заключенных и уничтожить караул, охрана лагеря была увеличена до 250 человек. Кроме того, было приказано установит сторожевые вышки с пулеметами, проложить дорожки для собак, насыпать земляной вал и отгородить всю территорию лагеря тройным забором с колючей проволокой, по центральной часть которого был пущен электрический ток.  Багаж прибывших в лагерь изымался в обмен на квитки и доставлялся сюда в лагерь. 

Сохранились фундаменты построек, которые были использованы в подсобным хозяйством Минского СД.

 

Вход на территорию бывшего лагеря

На  входе на территорию лагеря, была установлена  табличка  с предупредительной надписью на русском и немецком языках: «Вход в лагерь воспрещается. Без предупреждения будут стрелять». Эта деревянная доска с надписью сейчас находится в музее истории Великой Отечественной войны, там же – будка часового, часть лагерной ограды из колючей проволоки…

Место бывшего колхозного амбара

(ныне братская могила)

С 28 по 30 июня 1944 года, за несколько дней до освобождения Минска Красной Армией, на территории лагеря в бывшем колхозном сарае было расстреляно, затем сожжено 6,5 тысяч заключенных, привезенных из тюрьмы по улице Володарского и лагеря по улице Широкой, а так же оставшихся узников Тростенца.  Арестованных фашисты загоняли в сарай, где они должны были становиться на бревна, расстреливали заключенных, клали сверху ряд бревен и, зарядив автоматы, встречали очередную партию. Чтобы удобнее было расстреливать, комендант лагеря Эйхе с помощниками стреляли, стоя в кузове автомашины. Бревна – трупы, бревна – трупы, и так, пока на достигли стропил. Следующие партии расстреливали уже около сарая, а трупы складывали в огромный штабель, 1 июля  штабель и сарай облили бензином и забросали гранатами, однако огонь не смог скрыть кровавые злодеяния фашистских убийц. Не всё сгорело, и не все были сожжены.  Некоторым удалось вырваться из этого ада: Степаниде Ивановне Савинской и Николаю Валахановичу.

 Вот письмо Николая Валахановича. Когда его везли в лагерь смерти, о шансе выжить даже не думал. Все знали: «Тростенец» — значит смерть. Но побег «ждал» его в июне 1944 года. За несколько дней до освобождения Минска на территорию лагеря в бывший колхозный сарай сгоняли людей. Среди них был и Николай Иванович. «Как только зашел в сарай — увидел кучу трупов. На полу лужи крови. Нам приказали повернуться в сторону трупов, и тут же раздались выстрелы. Я почувствовал удар в голову, упал и потерял сознание. Позже стал различать выстрелы и крики. Понял, что жив, только ранен. Пуля вошла сзади в шею и вышла под левым глазом». Дождавшись удобного момента, Николай Валаханович выполз из сарая и дополз до ржи, где и укрылся. Буквально через несколько минут после его побега сарай подожгли. Были слышны крики таких же, как и он, раненых. За три дня здесь погибло шесть с половиной тысяч человек…»

Из воспоминаний Степаниды Ивановны Савинской «… 29 февраля 1944 года вместе с мужем была арестована немецко-фашистскими захватчиками (СД) и посажена в тюрьму за связь с партизанами. После длительных пыток, мы не признали свою вину и были переведены в концлагерь СС, расположенный в Минске по улице Широкой, где мы и находились до 30 июня 1944 года.  В указанный день, в числе других женщин-заключенных (50 человек), нас погрузили в машину и, отъехав примерно 10 километров от Минска, возле дер.М.Тростенец машина остановилась у одного из сараев. Здесь мы узнали, что нас привезли на расстрел, так как впереди нас следовала машина с заключенными-мужчинами и мы слышали выстрелы. По команде палачей женщины по четыре выходили из машины, влезали наверх уложенных трупов, и там их расстреливали. Когда начали стрелять, я упала и была легко ранена в голову. Будучи раненной лежало до позднего вечера, под каждый ряд трупов немцы клали дрова, затем облив дрова бензином, подожгли сарай гранатами. Решила бежать, со мной было еще двое мужчин, конвой, заметив нас, открыл огонь. Мужчины были убиты, а я, скрывалась в болоте 15 дней…»

Члены Чрезвычайной государственной комиссии по расследованию и установлению злодеяний немецко-фашистских захватчиков прибыли в Тростенец, когда сарай уже догорал. А вот сложенные из бревен и человеческих тел штабеля огонь пощадил. В недогоревшем костре насчитывалось 127 частично  обгоревших трупов. Видны были лица девушек и юношей, стариков и детей. Где-то свисала с бревна детская ножка, тесно прижавшись к ребенку, мать прикрывала его своим телом…

На месте бывшего сарая, где было сожжено 6,5 тысяч человек, установлен памятник. На гранитном постаменте - надпись: "Здесь захоронены советские граждане, замученные и сожженные немецко-фашистскими захватчиками в июне 1944 года".

 3 сентября 1944 года в день захоронения останков сожженных, состоялся первый траурный митинг.  10 тысяч человек пришли почтить память погибших. Это был первый шаг к увековечению памяти жертв Тростенца.  В 1963 году был воздвигнут обелиск в Большом Тростенце, затем в 1965 году стела на месте сгоревшего сарая, в 1966 году – в урочище Шашковка. В 2002 году установили памятный знак в Благовщине – в память об убитых евреях из Европы.

Особенностью Тростенца было то, что он стал особым «лагерем-конвейером», через который прошли сотни тысяч смертников, но одновременно за колючей проволокой находилось не более нескольких тысяч человек…

18 марта  2016 года  в Крипте Храма-Памятника в честь Всех Святых и в память о жертвах, спасению Отечества нашего послуживших прошла церемония закладки капсулы с землей с мест уничтожения лагеря-смерти и урны с прахом узников Тростенца.

В церемонии приняли участие министр культуры Республики Беларусь Борис Светлов, заместитель главы Администрации Президента Республики Беларусь Игорь Бузовский, заместитель председателя Мингорисполкома Игорь Карпенко, почетный Патриарший Экзарх Всея Беларуси Митрополит Филарет, Митрополит Минско-Могилевский Тадеуш Кондрусевич, муфтий Мусульманского религиозного объединения в Беларуси Абу-Бекир Шабанович, главный раввин Религиозного объединения общин прогрессивного иудаизма в Республике Беларусь Григорий Абрамович и Настоятель  Прихода в честь Всех Святых протоиерей Федор Повный. Кроме того, в церемонии приняли участие представители дипломатических миссий аккредитованных в Республике Беларусь, руководители международных организаций: посол Федеративной Республики Германия в Республике Беларусь Петер Деттмар, председатель Общего собрания участников Минского и Дортмундского международных образовательных центров Матиас Тюмпель,  директор Дортмундского международного образовательного центра Петер Юнге-Вентруп, председатель дирекции Минского международного образовательного центра имени Й. Рау Виктор Балакирев, узники гетто и нацистских концлагерей и другие.

 «… Мы должны найти способ достучаться до сердец людей, чтобы предотвратить кошмары прошлого столетия. Мы обязаны действовать ради единого общеевропейского будущего, и даже можно взять шире – ради будущего всего мира.  Храм-Памятник в честь Всех Святых и в память о жертвах, спасению Отечества нашего послуживших, помнит и учит всех помнить славу героев, отдавших жизнь за Родину, но и скорбит о тех безвинных, кого забирали времена лихолетий. В этом Храме раздаются молитвы за них и просьбы о мире во всему миру…  », - сказал Настоятель  Прихода в честь Всех Святых протоиерей Федор Повный.