Вы здесь

О Тростенце

Лагерь смерти «Тростенец»

Историческая справка

«Тростенец» - нацистский лагерь смерти в окрестностях бывшей деревни Малый Тростенец ныне г.Минск, самое крупное место массового уничтожения мирных жителей на территории оккупированной Беларуси, а также участников антифашисткой подпольной борьбы и партизанского движения, узников Минского гетто, советских военнопленных и еврейского населения, депортированного из Австрии, Германии, Чехии в период с 1941 по 1944 гг.

Одна из крупнейших «фабрик смерти» на оккупированной территории Европы. По количеству жертв минский «Тростенец» входит в число восьми самых известных мест массового уничтожения людей периода Второй мировой войны. Официальная цифра уничтоженных людей была обнародована Государственной Чрезвычайной комиссией по расследованию злодеяний нацистов  в Беларуси 14 августа 1944 г. - она составила 206 500 человек.

Лагерь Тростенец типичен для нацистской системы уничтожения огромных масс людей, но и имеет свою особенность: он является комбинированным вариантом трудового лагеря и места массового уничтожения одновременно советских военнопленных, местного гражданского населения и депортированных граждан из стран Европы разных вероисповеданий и национальностей.

 

План Чрезвычайной государственной комиссии  июль-август 1944

 

Заграждение у входа в д.Малый Тростенец

Трагические события возле Тростенца начались осенью 1941 года, когда урочище Благовщина, расположенное на 11-м км Могилевского шоссе в полутора километрах от деревни Малый Тростенец было выбрано нацистами в качестве места уничтожения людей. Начиная с 10 ноября 1941 года в Минск стали прибывать эшелоны с гражданами еврейской национальности из Германии, Чехии и Австрии. К концу ноября было принято всего 7 поездов с общим количеством около 7 тысяч человек. С весны 1942 года урочище стало центральным местом массовых расстрелов. Возобновились транспорты из Европы.

Для фильтрации прибывших на 9-м километре Могилевского шоссе был организован «приемный пункт». У депортированных переписывались ценные вещи и выдавались копии квитанций на их хранение. Отсюда людей перевозили в Благовщину, методично расстреливали, трупы утрамбовывали в ямы и закапывали. Наибольшее одновременное число убитых за время 4-х дневной операции июля 1942 года составило 18 тысяч человек белорусских и иностранных евреев.

Предупреждающий щит в лагере Тростенец. Снимок сделан в июле 1944 Чрезвычайной государственной комиссией.

 

В августе 1942 г. поезда с европейскими евреями подходили к Тростенцу на расстояние в 1,5-2 километра: для этого был специально построен небольшой вокзал. До конца осени 1942 г. транспорты приходили дважды в неделю, в каждом примерно по тысяче человек. Отбирались по 20-80 человек для работы в имении СС в Тростенце и Минском гетто, остальные методично уничтожались.

Погромы в Минском гетто продолжались до осени 1943 г. до полного уничтожения всех узников. С началом наступательной операции Красной Армии в период с октября 1943 г. по март 1944 г. гитлеровцами проводились работы по планомерному уничтожению следов преступлений: силами созданной команды «1005» из числа служащих СД, а так же полицейских, были произведены раскопки и сожжение около 125 тысяч трупов людей.

В начале 1944 г. в Благовщине была проведена крупная акция по массовому уничтожению людей: в марте здесь были захоронены останки 15 тысяч мирных жителей некоторых областей России, угнанных оккупантами при отступлении с ранее оккупированных территорий СССР.

Масштаб трагедии в Благовщине был объявлен в августе 1944 г. после освобождения Минска от нацистов: в 34 ямах-могилах длиной до 50 и глубиной до 3 метров были обнаружены обугленные останки и пепел около 150 тысяч человек.

Непосредственно трудовой лагерь для нужд подсобного хозяйства Минской полиции безопасности в окрестностях деревни Малый Тростенец был создан в начале 1942 года на правом берегу мельничного пруда на реке Тростянке на угодьях бывшего совхоза Карла Маркса. Ранее на этом месте находился фольварок помещика Юрлова с садом и мельницей. В усадебном доме расположились склад и бомбоубежище для администрации лагеря. Дом для коменданта был построен военнопленными, как и высажена аллея из тополей от Могилевского шоссе.

К маю 1942 г. в имении нацисты создали большое хозяйство по производству продуктов питания и сеть мастерских. На территории лагеря так же чистили машины-«душегубки» (выхлопные трубы машины были выведены в герметичный грузовой отсек, где находились люди, выхлопные газы попадали в кузов и люди умирали от удушья) и  и сортировали имущество убитых жертв. Количество заключенных в период 1942 - 1944 гг. составляло от 200 до 900 человек.

В 2014-15 гг. во время возведения первой очереди мемориального комплекса археологами были раскопаны многочисленные лагерные постройки времен оккупации - фундаменты бараков, складов, лесопилки, теплицы для цветов, водонапорной башни, которая использовалась под медучреждение и других.

После прекращения расстрелов в Благовщине и началом работ по эксгумации трупов осенью 1943 г. в полукилометре от деревни в урочище Шашковка была построена примитивная кремационная печь. Она представляла собой огороженную 3-х метровую яму с шестью 10-ти метровыми рельсами и решеткой на дне. Пепел вывозился на близлежащие поля в качестве удобрения.

Через печь в Шашковке прошли около 50 тысяч человек: подпольщиков, партизан, мирных жителей Минска и близлежащих населенных пунктов, захваченных в качестве заложников во время операций возмездия и других.

 

Печь для сжигания людей в Тростенце. Послевоенный снимок

 

Памятник на месте сожжения людей. Урочище Шашковка

 

В период 29-30 июня 1944 г. за три дня до вступления частей Красной Армии был произведен последний, массовый расстрел и сожжение 6,5 тысяч заключенных минской тюрьмы по ул. Володарского и лагеря по ул. Широкой. Спастись удалось только двоим заключенным - Степаниде Савинской и Николаю Валахановичу. Всего остаться живыми за весь период существования лагеря смогли не более нескольких десятков человек.

Существующая экскурсионная инфраструктура

Мемориальный комплекс «Тростенец» объединяет несколько мест массового уничтожения людей: лагерь с одноименным названием, урочища Шашковка и Благовщина. Территориально состоит из двух частей. Общая территория комплекса составляет 112 гектар: лагерь смерти вблизи деревни Малый Тростенец и урочище Шашковка (60га), место казней и захоронения узников в лесу в урочище Благовщина (52га).

В первой части комплекса «Лагерь Тростенец» непосредственно на территории самого лагеря-смерти  на основании археологических изысканий обозначены места основных сооружений, установлены мемориальные знаки. В 2015 г. здесь торжественно открыта мемориальная композиция «Врата памяти» (скульптор К.А. Костюченко, архитектор А. А. Аксенова).

«Дорога памяти», аллея, вдоль которой на гранитных плитах увековечена память о погибших во время Великой Отечественной войны в лагерях смерти на территории Беларуси. Гранитные пласты действительно напоминают приподнятые пласты земли – белорусской земли, где каждый ее квадратный метр был полит кровью жертв нацизма. Дорога вымощена серой плиткой с вкраплениями черной. Архитекторы вложили в это характерный смысл: черная плитка символизирует следы  заключенных. Дорогая памяти приводит к главной площади мемориального комплекса, где возвышается впечатляющая 10- метровая скульптурная  композиция в бронзе «Врата памяти», символизирующая весь тот ужас, который пришлось испытать узникам лагеря. Свою идею монумента реализовал скульптор К.Костюченко.

Вторая часть комплекса «Урочище Благовщина» торжественно открыта в 2018 г. в присутствии президентов Беларуси, Австрии и Германии и других официальных лиц.

Условно делится на два экскурсионных объекта: первый - дорога от Могилевского шоссе до мемориального кладбища (реализован Творческой мастерской Левина Л.М.) и второй - непосредственно мемориальное кладбище (УП “Минскпроект”, главный архитектор и научный руководитель Аксёнова А.А.).

 

 

 

Хронология  развития Мемориального комплекса «Тростенец»

23.09.1956 г. было принято постановление №720 Совета Министров БССР «Об утверждении проектных заданий на сооружение в Минской области памятников воинам Советской Армии, партизанам и мирным гражданам, погибшим в годы Великой отечественной войны».  (Председатель Совета Министров Белорусской ССР Н.Авхимович, Памятник разработан Белгоспроектом, автор архитектор Каджар).  В результате на практике были созданы ряд мемориальных памятников и знаков: в 60-ые годы  на удалении от действительных мест уничтожения и самого лагеря в деревне Большой Тростенец был возведен обелиск с вечным огнем в память жертв лагеря смерти.

22.05.2002г  Совет Министров Республики Беларусь принял Постановление о создании Мемориального комплекса «Тростенец».

В 2014 году по поручению Президента Беларуси Александра Лукашенко согласно утвержденной концепции  началось строительство мемориального комплекса «Тростенец». Первым шагом была Церемония закладки памятной капсулы с обращением к потомкам на месте строительства Мемориального комплекса «Тростенец».

 

22 июня  2015 года – открытие первого пускового комплекса (руководитель проекта, архитектор УП «Минскпроект А.А.Аксенова) и мемориальной скульптуры «Врата памяти» (скульптор К.Костюченко).

25 июня 2018 года были захоронены в могильный ров останки убитых узников лагеря-смерти, которые были найдены в ходе строительных работ неподалеку от 34 ям. Установить удалось останки 41 человека: 24 взрослых, 5 подростков и 12 детей. Самому младшему из них — около 4-5 лет.

 

 

29  июня 2018 года состоялось открытие второй очереди Тростенецкого мемориала, расположенной в урочище Благовщина с участием Президентов Республики Беларусь, Австрии, Германии (идея создания которого  принадлежит архитектору Л.М.Левину).

28 марта 2019 года с участием федерального канцлера  Республики Австрия Себастьяна Курца был  открыт памятник в память о австрийских гражданах, погибших в Тростенце - «Массив имен».

 

Выжившие в лагере-смерти «Тростенец»

Из воспоминаний Николая Валахановича выжившего в лагере смерти «Тростенец»:

 «Как только зашел в сарай — увидел кучу трупов. На полу лужи крови. Нам приказали повернуться в сторону трупов, и тут же раздались выстрелы. Я почувствовал удар в голову, упал и потерял сознание. Позже стал различать выстрелы и крики. Понял, что жив, только ранен. Пуля вошла сзади в шею и вышла под левым глазом». Дождавшись удобного момента, Николай Валаханович выполз из сарая и дополз до ржи, где и укрылся. Буквально через несколько минут после его побега сарай подожгли. Были слышны крики таких же, как и он, раненых. За три дня здесь погибло шесть с половиной тысяч человек…

Жительница Большого Тростенца Вера Свиридович, которой в начале войны исполнилось 14 лет, рассказывала, что к лагерю смерти привозили узников целыми товарными поездами. От железнодорожной станции везли их на закрытых машинах, так называемых «душегубках». В один из дней прибыл очередной состав. Толпы людей, среди которых были и дети, с удивительным спокойствием ждали своей очереди, чтобы отправиться в лагерь. Запомнится Вере маленькая девочка с большими красными бантами, которая с улыбкой на лице что-то говорила своей маме... Никто тогда не знал, что отвезут их вовсе не «на новое место жительства», как обещали ранее, а на расстрел в Благовщину.

По бокам небольшой дорожки, которая вела к лагерю «Тростенец», росли молодые тополя. Спустя считанные месяцы войны подход к концлагерю начнут называть «дорогой смерти». Пройдет по ней несколько сотен тысяч человек.

Из воспоминаний Степаниды Савинской…

"Мы по команде немцев вылезли из машины и тоже взошли на верх уложенных трупов, и нас начали расстреливать. Я упала, была легко ранена в голову. Я продолжала лежать на трупах до позднего вечера. Немецкие каты в этот день привезли в сарай еще 2 машины с женщинами, которые были расстреляны на моих глазах. Там были и дети от 3 до 10 лет. Вечером, облив дрова бензином, немцы подожгли сарай с той стороны, где лежали расстрелянные женщины и дети, и сами отошли. Я решила – зачем я буду живая гореть и начала выбираться…"

Из воспоминаний бывшего узника концлагеря Тростенец,
чешского еврея Хануша Мунца:

«Нас подвели к столу, стоявшему в 40 метрах от вагона. Эсэсовцы спрашивали всех о нашей профессии. Я назвался слесарем, хоть и не был им. Затем у нас забрали все, что было: золото, украшения, часы, авторучки, даже обручальные кольца. Потом людям приказали садиться в крытые автофургоны…»

Мунца оставили на перроне. Его и ещё человек 20. Остальных – около 980 человек – увезли куда-то в крытых машинах. В этих машинах, по его воспоминаниям, было очень тесно. Людей заставляли садиться на корточки и брать на колени других.

На руках у людей были квитанции, что их оставленный на перроне багаж подвезут позже. Затем фургоны закрывали, и машины уезжали… А багаж везли в лагерь. Его потом перебирали, сортировали и охраняли заключённые.

 « Я не мог видеть, когда прибывал новый эшелон. Это мы замечали, когда к сараю приезжали полные чемоданов грузовики, и мы должны были из открывать и сортировать содержимое…»

 

Из показаний бывшего заключённого лагеря Тростенец свидетеля И. Грюнберга 4 января 1962 года, записанных в Вене.

« Багаж поступал в бараки, и вещи сортировались. Украшения сразу забирал оберштурмфюрер Мадеккер, а остальные вещи поступали на склад. Каждую пятницу проводился базар: приходили крестьяне и приносили продукты питания. Их выменивали на одежду ликвидированных. Продукты получала, конечно, только СД. Руководил этим делом группенфюрер Айхе.

Хозяев этих вещей тем временем тысячами расстреливали в урочище Благовщина. Это лес в нескольких километрах от деревни по другую сторону Могилёвского шоссе. Составы прибывали раз, а то и два раза в неделю. Потому в отчётах немецких офицеров о работах в Благовщине звучит будничное: копали рвы, прибыл транспорт, снова копали, опять привезли евреев…

В воспоминаниях Альфреда Зейлера, депортированного вместе с родителями и сестрой первым транспортом из Вены (вся семья сумела выжить и бежать в конце июня 1944):

«На вокзале нас встретили эсэсовцы и полицейские. Нам приказали тотчас покинуть вагоны. Нескольких юношей и мужчин поставили для разгрузки багажа. Все остальные должны были пройти контроль на вокзале. Для транспортировки больных, помешавшихся во время переезда, старых и немощных (их было приблизительно 200) уже наготове стояли автофургоны: большие серые крытые машины, куда запихивали мужчин, женщин, стариков, немощных, помещавшихся и умерших. Остальные ожидали в узком проходе вокзала. Там у них забирали верхнюю одежду и ручной багаж. Фургоны и грузовики были готовы отвезти людей на луг. Из вновь прибывших отобрали 81 работоспособного человека и отправили их в лагерь охранной полиции и СД Малый Тростенец, который находился в 12 км от Минска, рядом с деревней с тем же названием».

 

Погибшие в лагере-смерти «Тростенец»

КЛУМОВ Евгений Владимирович16.12.1978 -11.02.1944

 

Евгений Владимирович Клумов – одна из многотысячных жертв лагеря смерти «Тростенец».

Е.В. Клумов родился в Москве в семье адвоката. В 1902г. окончил медицинский факультет Московского университета. В 1905г. был призван на военную службу, принимал участие в русско-японской войне в качестве военного врача в 13-м военно-санитарном полутранспорте Приамурского военного округа. Был хирургом госпиталя Красного Креста в Маньчжурии. 24 апреля 1906г. демобилизовался. У Евгения Владимировича была возможность остаться работать в престижной клинике Москвы, но он вместе с женой переехал в д. СутковоРечицкого уезда, где 8 лет работал земским врачом. Клумов проводил сложнейшие операции, порой в неприспособленных для этого медицинских условиях. У больницы выстраивались длинные очереди больных, чтобы попасть к нему на прием. 20 мая 1914г. Е.В. Клумов был переведен в Лоевскую земскую больницу. В годы Первой мировой и гражданской войн работал хирургом одного из госпиталей Красного Креста, а затем в полевом госпитале Красной Армии. С 1921г. жизненный путь Евгения Владимировича был связан с Минском. Здесь Е.В. Клумов стал кандидатом медицинских наук (1935г.) и доцентом, а в 1938г. – профессором. Тысячам минчан он вернул здоровье. Во время немецко-фашистской оккупации Беларуси Е.В. Клумов работал в 1-й больнице (ныне 3-й клинической).

С первых дней войны он включился в подпольную борьбу с захватчиками: оказывал медицинскую помощь раненым красноармейцам, партизанам и подпольщикам, выдавал справки жителям г. Минска о нетрудоспособности, что давало возможность избежать вывоза на принудительные работы в Германию, снабжал партизан медикаментами. Евгения Владимировича знали в подполье под псевдонимом Самарин. В донесении руководителя разведгруппы И. X. Маркова в Логойский подпольный райком КП(б)Б о подпольной деятельности Е. В. Клумова содержатся следующие сведения: «Самарин. Пламенный борец с фашистскими захватчиками. Очень много медикаментов передал в распоряжение народных мстителей. Обслуживал четыре отряда. Полностью оборудовал два полевых госпиталя. Через тов. Самарина можно было достать самые дефицитные и самые важные медикаменты. И бесплатно».

 

Осенью 1943г. гитлеровцы арестовали Е.В. Клумова. Гестаповцы пытались склонить крупного специалиста и уважаемого в городе человека на свою сторону. Клумов отверг предложения о сотрудничестве. 11 февраля 1944г. профессор Клумов и его жена Галина Николаевна, которая помогала ему в подпольной деятельности, погибли в машине-«душегубке».

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 8 мая 1965г. за мужество и героизм, проявленные в борьбе с немецко-фашистским захватчиками в годы Великой Отечественной войны профессору Евгению Владимировичу Клумову посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.

В Минске его именем названы улица, переулок и 3-я клиническая больница, на здании больницы установлена мемориальная доска.

 

АНИСИМОВ  Владимир Константинович, 1896 – 11.02.1944

 

АНИСИМОВ Владимир Константинович, 1896 г.р., профессор,  доцент Минского Государственного Медицинского Института. В годы оккупации был активным участником антифашистского подполья. К профессору Е. В. Клумову (подпольный псевдоним – Самарин) тянулись честные, верные люди. Никого из медицинского персонала не удивило, когда в 1-й больнице  (ныне 3-я городская клиническая) появились известный профессор-метеоролог Анисимов, которого Клумов устроил на работу простым лаборантом.Особенно оживился и несказанно обрадовался Е.В.Клумов сообщению Анисимова о том, что есть возможность починить попавшийся ему радиоприемник и слушать передачи Москвы. «Это же как раз то, чего нам сейчас не хватает, — горячо сказал Клумов. — Делайте. И как можно скорее...»

       Анисимов в своей «лаборатории» в печке оборудовал нишу и спрятал туда радиоприемник. С этого времени вечерами, когда весь медперсонал, кроме дежурных, расходился по домам, друзья закрывались в анисимовской «лаборатории» и слушали голос родной Москвы, сводки Совинформбюро, корреспонденции с фронтов Отечественной войны.

Со слов главврача лазарета лагеря «Тростенец», Бермана Михаила Семеновича, было известно, что профессора Клумов и Анисимов также были уничтожены в  газовом автомобиле,   Клумов и Анисимов были посажены в газовый автомобиль и отвезены совместно с другими заключенными из концлагеря. После их исчезновения немцы пустили слух, что профессоров Клумова и Анисимова они отправили в Германию, но это была прямая провокация, т. к. в действительности они были убиты немцами, ибо из лагеря они были вывезены в газовом автомобиле совместно с трупами заключенных, умерших в лагере от тифа.

Погиб в к/л «Тростенец» 11 февраля 1944 года.  Уничтожен в душегубке вместе с профессором Клумовым Е.В.  

 

БОНДАРЕНКО Альберт Васильевич 12.04.1923 – 25.03.1944

Личные данные погибшего были переданы в ГУ «Белорусский культурный центр духовного Возрождения»  Машковой Луизой Васильевной (сестрой).  Из воспоминаний о брате у Луизы Васильевны осталась лишь одна фотография, которую она бережет как память о нем. Брат помогал партизанам, проносил им медикаменты, за что и был схвачен нацистами и увезен в Тростенец. О том, что ее брата расстреляли в Тростенце, рассказал ее муж, Машков Юрий Александрович, 1925 г.р. Он был рядом с Альбертом и видел, как его больного с высокой температурой повели на расстрел. Самого Юрия увезли на принудительные работы в Германию, потому что он был физически крепким. Там их освободили американцы. Но лишь в 1946 году он смог вернуться к семье и рассказать своей жене об увиденном.

 

Личные данные погибших  бабушки Гордевич Рахиль и ее  5  месячной дочки Тани были переданы в ГУ «Белорусский культурный центр духовного Возрождения»  Малыхиной Аллой Евгеньевной (внучкой) погибших. По рассказу, они пропали во время войны в Минском гетто. «…когда бабушку мою Рахиль и ее дочку младшую Таню (мою тетю) и мою маму Валю (старшую дочку 1937 г.р.) вели вдоль леса (Благовщина) - бабушка Рахиль поняла, что их ведут убивать и  каким-то чудом сумела вытолкнуть мою маму (старшую дочку Валю) из толпы в лес, чем спасла ее от верной смерти, и видимо, сказала ей ждать в лесу, так как мама моя блуждала по лесу (не пошла за ними) несколько дней, пока ее не нашла местная жительница и спасла ее, приютив у себя. В последствие, отдала в детский дом (держать у себя было опасно) в Марьиной Горке. Позже ее нашли родственники по отцу - родные его сестры Гордевич Надежда и Гордевич Вера, и забрали маму с собой в город Новогрудок Гродненской области, где проживали их родственники. Маму там крестили по православной вере. Моя мама Гордевич Валентина Денисовна (в замужестве Малыхина) никогда мне не рассказывала про то, что ее мама была еврейкой и пропала в Минском гетто во время войны.

Государственное учреждение "Белорусский культурный центр духовного Возрождения" собирает информацию о  неизвестных жертвах лагеря смерти "Тростенец".  Все данные о погибших будут в дальнейшем размещены в книге памяти  Информационного центра экскурсионного обслуживания Мемориального комплекса «Тростенец» с постоянной тематической экспозицией. Все личные данные, копии документов   можно выслать на эл.почту: hp.direction@gmail.com

По вопросам организации экскурсии по Мемориальному комплексу "Тростенец", Мемориальному кладбищу "Благовщина" вам необходимо на сайте ГУ "Белорусский культурный центр духовного Возрождения" в разделе о центре, найти вкладку экскурсии и далее следовать инструкции или обратиться по телефону 8017 3893505 и +375296120682